390064_302827506518733_1592090412_n.jpg

Уходящий год для спортивной индустрии Казахстана ознаменовался наиболее тяжелым и скандальным. Так, согласно решению Международной федерации тяжёлой атлетики в связи с допинговым скандалом от занятий спортивной деятельностью были отстранены самые известные и титулованные казахстанские тяжелоатлеты, а Казахстанская федерация шахмат в свою очередь упустила в пользу России многократную чемпионку мира по шахматам – юную спортсменку Бибисару Асаубаеву. L’Officiel Kazakhstan поговорил с Лианой Танжариковой, мамой Бибисары Асаубаевой, о том, в чем же на самом деле заключалась причина столь внезапного перехода в Российскую федерацию шахмат и почему казахстанские чиновники от спорта так легко отказываются от перспективных и талантливых спортсменов.


Напомним, что Бибисара в свои двенадцать лет успела три раза выиграть школьные чемпионаты мира в разных возрастных категориях и однажды стать чемпионкой планеты среди девочек до восьми лет. Неоднократно первенствовала в чемпионатах Казахстана, а в семь лет получила звание женского мастера ФИДЕ, что является рекордом.

Лиана, Бибисара с раннего возраста начала завоевывать всевозможные награды и звания, пребывая в статусе одной из самых титулованных спортсменок в Казахстанской федерации шахмат. Ознакомившись с вашими интервью, которые вы давали ранее, создается впечатление, что проблемы у вас начались с приходом нового руководства в федерацию. Могли бы вы прокомментировать эту ситуацию — так ли это было на самом деле?

Новый состав руководства начал свою работу во второй половине октября 2015 года. При этом до конца прошлого года от них не было никаких вестей о том, какие преобразования вводятся, и в каком режиме теперь будет работать федерация. Я не переживала по этому поводу, потому что понимала, что идет адаптационный период. Предполагала, что после того, как они примут и обработают все документы, обязательно свяжутся с нами. Однако в течение двух месяцев у них, к сожалению, так и не нашлось времени, чтобы уведомить всего 2-3 чемпионок мира, которые входят в состав федерации, обо всех последних новостях и предстоящих планах. По этой причине в январе нынешнего года выяснилось, что мы не можем принять участие в отборочном турнире чемпионата Казахстана, потому что наш личный календарь соревнований, который мы уже зафиксировали в декабре, расходился по датам с календарем федерации. Я позвонила с этим вопросом в Казахстанскую федерацию шахмат, но мне ответили, что мне в этой ситуации могут помочь только тренера. Однако слово федерации всегда имело вес, поэтому при желании они могли посодействовать нам в решении этой проблемы. Дело в том, что на чемпионате Казахстана по шахматам имеется 10 доступных мест, пять из которых достается членам сборной, по одному — спортсменке, выигравшей полуфинал и чемпионке до 20 лет. Соответственно, не сложно посчитать, что есть еще три вакантные позиции. Распорядиться о том, чтобы отдать одно из этих «свободных» мест чемпионке мира, которая стремится не скатиться в рейтинге из-за пропуска соревнования у себя дома — легко, но руководство федерации этого не захотело. Мне оставалось лишь смириться с недопуском, я ничего не могла с этим поделать.

То есть у вас были внутренние недопонимания?

Безусловно. Кроме того, без объяснения каких-либо причин приблизительно в тот же период времени нам снизили размер выплаты по ежемесячной стипендии. Позже я узнала, что такое решение было принято на основании того, что в том году мы не смогли стать чемпионами мира. Повод, конечно, был взят из воздуха, потому что на протяжении шести лет у Жансаи Абдумалик и Динары Садуакасовой тоже были периоды, когда они не становились призерами чемпионатов мира, при этом стипендию им никто не урезал. Нашу же сравняли со стипендией ребят, которые не выигрывали не то чтобы международные соревнования, даже местные республиканские конкурсы. Я сказала, что все должно решаться по справедливости, потому что вся ситуация в корне была неправильной. Меня попросили оформить мою жалобу в письменном виде, что я собственно и сделала, написав в начале февраля официальное письмо на имя президента федерации — Галимжана Есенова. В итоге мне ответили, что нам не могут поменять формулировку по стипендии, обещали, правда, восполнить разницу единоразовой выплатой, но нам так ничего и не поступило, никаких финансовых передач с их стороны не наблюдалось. Повторюсь, мы никогда не требовали дополнительного финансирования или отдельного бюджета, просто хотели проявления к себе нормального отношения.

41521e42326a17db1feb1887c781e656-big.jpg

Фото: forbes.kz

Вы также говорили, что вас буквально выживают из команды. В чем это проявлялось?

Были случаи, когда нас игнорировали, как членов федерации. К примеру, нас не позвали на Олимпиаду по шахматам для девочек до 20 лет, решив отправить туда спортсменку, чей рейтинг ниже, чем у Бибисары. Стоит ли говорить, что она выступила очень слабо, выиграв только одну партию из всего турнира. Не пригласили нас и на престижный турнир «Мемориал Ботвинника», который проходил в Москве. Федерация и тренерский состав делали все возможное, чтобы создать невыносимые условия и просто-напросто выжить нас из сборной. Это стало определяющим фактором при принятии решения о переходе в российскую команду. При этом хочу отметить, что мы никогда прежде не писали писем или ходатайств, не жаловались, выставляя наши проблемы на всеобщее обозрение. Я понимала, что мы занимаемся общим делом и у нас одна цель, поэтому при любых обстоятельствах старалась находить компромиссы. Но любому терпению приходит конец.

Когда мы выступаем на чемпионатах мира, я всегда говорю своей дочери — ты защищаешь честь страны, ты не должна подвести казахстанский народ, который всецело болеет и переживает за тебя. Я затачиваю ее на успех, после чего она делает все с высокой долей ответственности. Более того, учитывая, что каждый раз она пребывает в статусе фаворита, играть ей намного сложнее, потому что все хотят победить именно ее. Получается, ты прививаешь своему ребенку чувство патриотизма, он в свою очередь неустанно завоевывает медали высшей пробы для своей страны, а на финише, когда мы прилетаем домой, нас даже не могут встретить соответствующим образом. Мы не требуем ничего сверхъестественного, не просим дарить нам айфоны и айпады. Можно же проявить должное внимание, пригласив, к примеру, на прием и символически сыграв в одну шахматную партию, или похвалить за высокие достижения, отправив поздравительную телеграмму. Это же дети, будущее нации, нельзя обделять их вниманием, тем более, если они способствуют развитию и популяризации в стране интеллектуальных видов спорта.

А при предыдущем руководстве дела обстояли иначе?

Когда мы только пришли в федерацию, ее возглавлял Асет Исекешев. На тот момент он был вице-премьером нашей страны и, несмотря на ранг высокопоставленного чиновника, всегда находил время встречаться с нами, постоянно интересовался успехами Сары, спрашивал, есть ли у нас какие-либо трудности, нуждаемся ли мы в поддержке. Более того, нам отправляли открытки и дарили цветы на такие праздники, как 8 марта и Новый Год. Нам было очень приятно, потому что это внимание, которое говорит о том, что нас уважают, о нас помнят. Саре ничего больше и не надо было, она просто была рада тому, что ее отметил сам президент федерации. От нового руководства мы просто желали уважительного отношения к себе, ничего более.

14202605_277377565981173_1904710349122630830_n.jpg

Фото: Facebook

Когда вы переводились в российскую команду, сама Сара понимала, что происходит? Каково было ее отношение к этой ситуации?

Я никогда не выставляла Казахстанскую федерацию шахмат в плохом свете перед Сарой, старалась не вовлекать ее в обсуждение имеющихся между нами проблем. Но она лично стала свидетельницей того момента, когда нам сократили стипендию. Узнав, что причина этого в том, что она не стала чемпионкой в ушедшем году, я заметила, как она погрустнела в лице. На последнем чемпионате она не смогла стать призером, потому что решила выйти из собственной зоны комфорта и выступить во взрослой лиге, сразившись с девочками до 18 лет. И все же думаю, мы показали неплохой результат, заняв почетное 10-е место. Сара же мне сказала: «Мам, ну я же должна расти, если я все время буду играть на одном и то же уровне, то не буду развиваться». Ее очень сильно огорчила эта ситуация. Когда же я сообщила ей о том, что нам поступило предложение играть за российскую команду, она с радостью восприняла эту новость, потому что знала, насколько сильными являются их тренера и научно-теоретическая база. Больше всего ее радовал тот факт, что там проводится большое количество высококлассных турниров, что смогло бы крепко закалить ее как спортсменку. Она думала исключительно о своем профессиональном росте и ни в коем случае о том, чтобы предать Родину. С другой стороны, как можно говорить о том, что мы предали Родину? Никто ведь не утверждает, что мы больше никогда не вернемся. Мы до сих пор являемся гражданами Казахстана, паспорт у нас все еще синий. Как нас можно поливать грязью? Да, мы уехали для того, чтобы достичь еще больших высот, чем имеем на данный момент и если бы я, как мать, не приняла такого решения, то вместо меня никто бы этого не сделал.

Получается, вы не собираетесь принимать гражданство России? У вас вообще нет этого в планах?

Скажу так, мне его еще никто не предлагал.

А вам не поступало предложение о том, чтобы вернуться в Казахстанскую федерацию шахмат?

Нет, не поступало.

1010900_302826779852139_1954340540_n.jpg

Фото: Facebook

Говорят, что конфликт с федерацией возник у вас на почве того, что вы не выплатили им 5000 евро отступных, предполагаемых за трансфер. Можете ли прояснить эту ситуацию?

Есть определенный порядок перехода в другую федерацию, который я изучила заранее. С нашей стороны, мы сделали все так, как положено. Первым делом о своем решении я осведомила нашего государственного тренера. Тот в свою очередь передал мои слова исполнительному директору Казахстанской федерации шахмат Ирине Грищенко, которая услышав эту новость, развела руками, мол, каждый волен делать то, что ему нравится. После им было отправлено письмо от ФИДЕ, в котором говорилось о том, что Международная федерация шахмат приняла заявление о переводе Бибисары, и подтвердило оплату этой процедуры со стороны Российской шахматной федерации, стоимостью 750 евро. В ответ на все эти действия, я получаю письмо, где меня просят официально, в письменном виде подтвердить действительность наших намерений. Я соответственно вновь пишу письмо на имя Галимжана Есенова, где повторно уведомляю их о нашем переходе.

По идее после этого они должны были пригласить нас с Сарой в офис и спросить — что случилось, каковы причины ухода и можно ли как-то предотвратить эту ситуацию? Выяснить, в конце концов, в чем корень проблемы. Но, как вы понимаете, этого не произошло. С момента тех событий проходит 3 месяца. С 26 августа мы начинаем официально числиться в составе российской команды. 25 же августа в шесть часов вечера я получаю письмо, в котором меня вновь просят подтвердить статус нашего перехода формулировкой — не передумали ли мы менять федерацию.

Ситуация, конечно, была из ряда вон выходящей, но больше всего меня поразил тот факт, что на состоявшемся по нашему делу собрании, все тренера, а также вице-президент федерации единогласно проголосовали за то, чтобы отпустить нас, сопровождая это словами «мы никого не держим». Именно тогда ответственный секретарь предложил удержать с нас 5000 евро, чтобы другие в следующий раз хорошенько подумали, прежде чем вот так просто покидать федерацию. Однако они поздно спохватились на то, чтобы получить финансовую выгоду с нашего перехода, потому что уже на следующий день истекал положенный трехмесячный срок с момента подачи заявления, и мы автоматически переходили в состав российской команды. После я выяснила, что они хотели тогда получить от меня это письмо, начать оформлять процессуальные бумаги и после завершения этой процедуры намеревались провести голосование, в ходе которого решали бы, взыскивать с нас эти 5000 евро или нет. У меня, если честно, просто нет слов, чтобы прокомментировать эту ситуацию. Могу лишь сказать, что это было очень некрасиво с их стороны.

Лиана, но почему же все голосовали за ваш переход? Неужели наша национальная сборная настолько сильна, что может так легко жертвовать чемпионами?

Скажу так, понаблюдав за работой функционеров федерации, я поняла, что они вовсе не стараются вникнуть в работу тренеров и вообще в то, что происходит в шахматной индустрии. Инвестировать в перспективных детей для них слишком ресурсно- и энергозатратно, это ведь долгосрочный проект. Они не понимают, что развитие сценария по такому плану, безусловно, занимает больше времени, но плодов-то приносит вдвое больше. Для них важнее создать видимость того, что они упорно занимаются развитием и популяризацией шахмат. Если же говорить про голосование, мое личное мнение — в федерации думали, что мы просто пугаем их переходом в российскую команду, что все это блеф. Я уверена, что руководствуясь именно такими мыслями, они вели себя описанным выше образом. Они рассчитывали на то, что я стану требовать деньги, которые они мне в итоге дадут на спонсирование и я закрою эту тему. Кулуарные интриги были таковы.

55a1e88e16a73.jpg

Фото: sports.kz

Как вы сейчас чувствуете себя в российской команде?

Знаете, Сара довольно неудачно выступила на чемпионате мира в Ханты-Мансийске, потому что за несколько дней до выступления заболела. Конечно, это нас не оправдывает, но скажу честно, мы не стали от этого менее любимы. Наоборот, господин Нестеров (Нестеров Сергей Анатольевич - член Наблюдательного совета Российской шахматной федерации, - прим. ред.) позвонил мне и сказал — «ничего страшного, это не смертельно, она все равно чемпионка, все хорошо, не расстраивайтесь, главное не давите на нее». Я была по-хорошему удивлена, потому что прежде ни на одном турнире такого отношения не наблюдалось с нашей, казахстанской стороны. Более того, никто не настаивал на том, чтобы мы поехали в Батуми, но мы решили, что должны сделать это и привезти оттуда золотую медаль для России. Как вы, наверное, уже знаете, у нас это получилось. При этом в Батуми за нас очень активно болели россияне, несмотря на то, что последние две партии мы играли с российскими девочками, одна из которых была чемпионкой Европы. Мы чувствовали сплоченность команды, никто не переставал с нами здороваться или косо смотреть на нас после оглашения результатов. В России присутствует здоровая конкуренция и это, на самом деле, самое главное.

В СМИ очень любят обсуждать, что даже взрослым российским гроссмейстерам за победу на различных чемпионатах в качестве подарка презентуют максимум машины. Вам же сразу же подарили квартиру, причем авансом. Они настолько сильно хотели заполучить вас в команду?

Сергей Анатольевич как-то сказал нам, что хочет возродить то шахматное общество, которое было очень мощным при советской власти и славилось своими достижениями на весь мир. Именно поэтому, он считает, что таких талантливых шахматистов, как наша Сара нужно носить на руках. Сергей Анатольевич при каждой нашей встрече не устает повторять, что детям нужно помогать, в них нужно вкладываться, точно также как в Каспарова или Карпова, ведь они взращивались еще при советском режиме, когда такому виду спорта, как шахматы отводилось одно из главных и приоритетных мест. Он действительно поглощен идеей о том, чтобы целиком восстановить то, что когда-то было утрачено. Подарив нам квартиру, они не делают из этого культ, утверждая, что нужно создавать благоприятные условия талантливым детям для того, чтобы они могли развиваться. В Химках, где ныне расположен наш дом, Сара каждый день ходит заниматься к Сергею Долматову в Гостиной Дворковича. Это очень сильный тренер, который берет на свои занятия только избранных. Знали бы вы, как у нее горят глаза при виде него, с каким рвением она ходит на занятия и с какой гордостью приходит домой, когда ее хвалят на уроках. Вы даже не представляете, как важно это для нее! Дети — это тот самый материал, из которого мы должны сейчас лепить то, что станет достойным продолжением нашего общества, а если мы, взрослые, не будем способствовать этому, то зачем тогда мы все живем и существуем?

Вас ведь звали и в США, почему вы не отправились за лучшей долей в Штаты?

Безусловно, Америка для ребенка — страна прекрасных возможностей. Американские представители, делая нам официальное предложение, сразу же сказали, что в будущем обеспечат Саре грант в самый лучший американский ВУЗ с отличной стипендией, плюс ко всему для участия в турнирах ей предоставят лучших спонсоров. Однако мы отказались, потому что семья у нас не маленькая, переезд в такую далекую страну стал бы дополнительным стрессом для детей. Более того, очень чувствительна в данном отношении разница культур по сравнению с Россией, которая ко всему прочему осложнялась языковым барьером. Именно поэтому в Америке мы себя не видели и особо туда не рвались.

4050949.jpg

Шахматистка Бибисара Асаубаева с мамой с Лианой Танжариковой (Фото: Sputnik Узбекистан)

Какие обвинения вы слышали в свой адрес из-за перехода в Российскую федерацию шахмат?

Не поверите, но посыл всех сообщений от казахстанцев, которые я получила в Facebook, был исключительно положительным. Люди писали, что мы сделали правильный выбор во благо будущего Сары. Не было ни одного комментария, в котором бы меня обвиняли в чем-либо. Своими письмами меня поддержали местные чиновники, депутаты, мажилисмены, актеры, писатели и другие люди творчества, которые в свое время также уехали в Россию. Я бы в любом случае выдержала бы удар, защищая своего ребенка, но действительно не ожидала, такой поддержки, исходящей, в частности, в большей степени от казахов. Мне было очень приятно получать такие слова от наших сограждан. Даже на церемонии награждения в Батуми, когда включили российский гимн, мы слышали, как многие казахстанские родители, присутствующие на турнире, поддерживали нас, выкрикивая имя Сары из-за трибун. А один отец подошел ко мне со слезами на глазах, сказав, что в тот момент должен был играть казахстанский гимн. При этом он добавил, что я, как мать, сделала то, что от меня требовалось. Увидев его слезы и такую реакцию на происходящее, я просто остолбенела. Повторюсь, для меня это стало большой неожиданностью, я благодарна всем, кто понял, принял и разделяет нашу позицию.

В каком состоянии вы пребываете сейчас? Есть ли то, что вы хотели бы сказать всем?

Я ни в коем случае не жалею о том, что так поступила. Я осознаю, что теперь несу двойную ответственность — перед казахстанскими гражданами за то, что мы уехали проявлять свои таланты на чужбину и перед россиянами, оправдания которых нужно подтвердить, не ударив лицом в грязь. Я вовсе не обидчивый человек, но во мне, безусловно, присутствует внутренняя горечь за то, что на Родине нас не оценили по достоинству. Я родилась и выросла в Советском Союзе, поэтому не хочу делить нас на Россию и Казахстан, все мы братья. Я понимаю, что та польза, которую Сара принесет Российской Федерации, также станет пользой и для нашей страны. Однако горчинка все-таки есть, потому что Казахстан вот уже 25 лет как независим, и, тем не менее, продолжает вот так легко отпускать тех, кто в будущем, возможно, мог бы двигать страну вперед, став деятельным политиком, хорошим аналитиком или талантливым профессором. Хочу сказать лишь одно — не стоит забывать, что будущее за детьми.